Общество

ЛГБТ и другие буквы алфавита: Хороший, плохой, нейтральный

СПИД.ЦЕНТР разобрался в том, как влияет название и самоназвание на представителей ЛГБТ, действительно ли общество стигматизирует людей, называя их тем или иным образом и как обращаться к человеку иной гендерной идентичности и/или сексуальной ориентации, дабы всем было комфортно?

Откуда берутся новые буквы?

Аббревиатура ЛГБТ активно используется с 90-х годов и пришла из английского языка, с самого начала существования она подразумевала включение в единое сообщество как людей с различными вариантами сексуальной ориентации (гомосексуалов и бисексуалов), так и людей, чья гендерная идентичность не соответствовала определенному при рождении биологическому полу (так называемому акушерскому полу), то есть трансгендеров. Что примечательно потребность в составлении данной аббревиатуры выросла из необходимости заменить слово гей-сообщество, так как оно казалось самим представителям этого сообщества недостаточно общим, упускающим из внимания бисексуалов и трансгендеров.

В последние годы можно все чаще встретить в СМИ и на просторах интернета более длинные варианты аббревиатуры, как, например, ЛГБТК, ЛГБТКИАП и даже ЛГБТКИАПП+, а также из специализированной литературы в обиход стала проникать аббревиатура МСМ, которая расшифровывается как «мужчины, занимающиеся сексом с мужчинами». Изначальные четыре буквы в аббревиатуре ЛГБТ расшифровываются как лесбиянки, геи, бисексуалы и трансгендеры. Однако первые два слова все чаще вызывают споры как в обществе, так и в самой среде представителей ЛГБТ. Вместо них все чаще можно встретить слова и словосочетания «гомосексуалы», «гомосексуальные мужчины», «гомосексуальные женщины», «гомосексуальные люди», «люди с гомосексуальной ориентацией». Что касается термина «гомосексуалист», то он был отринут как неправильный и встречается все реже.

«Как называть человека — гей, гомосексуал или еще как-то — вопрос очень индивидуальный, — объясняет клинический психолог, консультирующий представителей ЛГБТ-сообщества, Иван Стригин. — Если смотреть просто на слова в отрыве от конкретных людей, которые на них реагируют, то, конечно, наиболее нейтральный термин — это гомосексуал в отношении человека с гомосексуальной ориентацией. Также нейтральным термином является МСМ, но он достаточно нишевой, потому что вырос из необходимости исследователей как-то определить группу, которую они исследуют».

«Мы можем сделать для общества видимым и очевидным тот факт, что все люди разные и что эти различия не ограничиваются четырьмя буквами, их гораздо больше»

По словам Ивана, в ранних исследованиях гомосексуальности не всегда можно было понять, что вообще в них исследовалось: люди с определенной сексуальной ориентацией, люди с определенным поведением, люди с определенной идентичностью или какие-то сочетания вышеперечисленного? Исследователи не так давно стали различать ориентацию, поведение и идентичность — они могут быть разными и не всегда сопряженными. МСМ — скорее научный термин. По мнению Стригина, то, что термин все чаще используется и популяризируется, — положительное явление, потому что он тоже нейтральный. В данном контексте этот термин представляется сугубо научно-академическим либо необходимым определенным организациям, чтобы ограничивать контингент, с которым они работают. Это касается профилактики ВИЧ, каких-то просветительских вещей. К тому же стоит учитывать, что этот термин описывает не только гомосексуалов, но и как минимум мужчин бисексуальной ориентации. Однако отдельные люди могут совершенно по-разному реагировать на эти обозначения.

Стригин отмечает, что одной из центральных тем в работе психолога с трансгендерными людьми представляется тема идентичности. У трансгендерных людей часто возникает очень сильная чувствительность именно к обозначению идентичности, так как выращивать в себе эту идентичность им приходится с большим трудом. Это важная тема, поэтому то, как человек называет себя сам, — это и есть наиболее адекватное ему, его самоощущению слово, которым его стоит называть в личном общении. Какое-то другое слово может быть воспринято им болезненно.

Летом 2018 года Всемирная организация здравоохранения опубликовала Международную классификацию болезней 11 пересмотра (МКБ-11), если в начале 2019 она будет утверждена Всемирной ассамблеей здравоохранения, то с 2022 года вступит в полную силу. До тех пор будет действовать МКБ-10, вступившая в силу в 1992 году. Одно из важнейших для общества различий между МКБ-10 и МКБ-11 — это изменение статуса трансгендерности. Согласно новой классификации, она больше не является психическим расстройством. С 2022 года блок МКБ, перечисляющий состояния, относящиеся к сексуальному здоровью, будет включать диагноз гендерное несоответствие. А до тех пор транссексуализм входит в раздел «Расстройства половой идентификации». Это изменение должно повлиять едва ли не в первую очередь на уровень стигматизации трансгендерных людей в обществе.

Клинический психолог подчеркивает: существует термин транссексуал, который относится к транссексуализму, определявшемуся ранее как заболевание. Однако согласно МКБ-11, которая совсем скоро будет принята, трансгендерность больше не считается болезнью. Однако среди трансгендерных людей, как уточняет психолог, можно встретить тех, кто предпочитают называть себя транссексуалами. В данном случае это, казалось бы, стигматизирующее слово отзывается чем-то у них внутри и кажется им комфортным. Примерно то же самое порой происходит и с гомосексуалами. Есть люди, вполне осознающие свою гомосексуальность, но при этом негативно относящиеся к слову гей, которые говорят: «Я не гей, гей — это плохо, гей — это перья, стразы и стринги, а я — гомосексуал». В данном случае важно то, как человек переживает это слово внутри себя, с чем оно у него ассоциируется, чем оно нагружено для конкретного человека.

На вопрос «Как сделать, чтобы всем было хорошо?» у Ивана нет ответа. Сегодня публикации в СМИ, которые затрагивают вопросы идентичности, все чаще пытаются определить нейтральные слова, с которыми могли бы согласиться все. Следующий этап — приучить общество, которое сейчас часто и жестко стигматизирует этих людей, пользоваться этими словами. Однако переходя на индивидуальный уровень, лучше спросить самого человека, как к нему обращаться, как его лучше называть.

Стоит особо отметить, что термин «гомосексуальность» применим к женщинам. Гомосексуальная женщина — это вполне нейтральный термин. Многие коллеги Стригина сталкивались в своей практике с тем, что гомосексуальные женщины зачастую не любят называть себя лесбиянками, но есть и те, кто, наоборот, настаивают на том, что лесбиянка — это правильное слово, это слово, определяющее идентичность, слово, определяющее их как часть сообщества, и вообще за этим словом стоит идеология.

Языковое выражение стигмы

Помимо своего формального, лексического, значения, многие общеупотребительные слова имеют также эмоционально окрашенные оттенки значения. При этом даже нейтральные слова для каждого конкретного человека могут иметь вполне определенные, нагружающие их дополнительным смыслом ассоциации. Вопрос оценочности, положительной или отрицательной коннотации, заключенной в самом слове, — это центральный вопрос для стигматизации. Потому что стигматизирующие слова имеют ясно чувствуемую отрицательную нагрузку: они тяжелые, болезненные и отражаются на человеке, которого стигматизируют, определенным образом.

«Не приходит в голову ни одного слова, которое не только в контексте ЛГБТ, а вообще в контексте какой-то отдельной группы было бы совсем нейтральным»

«Когда я размышляю над вопросом стигматизации через называние, мне не приходит в голову ни одного слова, которое не только в контексте ЛГБТ, а вообще в контексте какой-то отдельной группы было бы совсем нейтральным. Если это слово описывает какую-то группу, оно не будет нейтральным. Оно будет либо в плюсе, либо в минусе. Будет описывать некое явление либо как что-то хорошее, либо как что-то плохое», — рассказывает Иван Стригин.

По мнению эксперта, говоря о представителях ЛГБТ в контексте выбора слов, нужно помнить, что это люди, которые находятся в постоянном стрессе от того, как к ним относятся или могут относиться окружающие. Для этого даже необязательно иметь какие-то жесткие проявления гомофобии в своем окружении, ее может быть достаточно внутри, чтобы ожидать негативного отношения к себе. Так работает самостигматизация. Из-за этого стигматизирующие слова становятся очень сильно нагруженными для людей.

Когда некоторые из клиентов Ивана подходят к теме внутренней гомофобии, порой оказывается, что это что-то привычное, что-то, с чем человек живет всю жизнь, в определенном смысле это становится для человека чем-то нормальным. И вроде бы стигматизирующие слова в контексте тоже становятся нормальными, привычными. Однако через какое-то время, проведенное на терапии, человеку удается почувствовать, что вообще-то ему не хочется, чтобы это и дальше было так. Стигматизирующие слова задевают. Они проникают куда-то очень глубоко, они ранят человека лично, какую-то его собственную ценность, его собственное видение себя как хорошего.

Чем пансексуал отличается от полиамора?

Что касается букв, прибавившихся к уже привычной аббревиатуре ЛГБТ, то они обозначают следующие варианты идентичности и сексуальной ориентации:

К — означает квир (от английского queer), и под этим термином может подразумеваться любой человек, как не соответствующий цисгендерной идентичности (то есть человека, у которого гендерная идентичность не совпадает с акушерским полом), так и относящийся к сексуальным меньшинствам.

И — означает интерсекс-людей, то есть людей, чей акушерский пол не может быть с точностью определен.

А — означает асексуальность, асексуалы — это люди, не испытывающие полового влечения.

П — означает пансексуальность, так определяют свою сексуальную ориентацию люди, испытывающие влечение к другим людям, вне зависимости от сексуальной ориентации и гендерной идентичности последних.

Второе П — означает полиаморов, под полиаморией подразумевается как тип влечения, так и этические воззрения, допускающие сексуальные отношения между более чем двумя людьми.

Но и это еще не все, так как за знаком + скрывается множество других вариантов гендерной идентичности, сексуальной ориентации, паттернов поведения и этических воззрений, как то небинарность, демисексуальности, аромантизм и прочее. В связи с тем, что даже самая длинная из ныне принятых аббревиатур ЛГБТКИАПП не отражает всего разнообразия вариантов, многие представители сообщества считают возможным для простоты использовать привычную аббревиатуру ЛГБТ, прибавляя к ней всеобъемлющий знак +. Оправдан ли такой подход?

«Через увеличение количества букв в аббревиатуре ЛГБТКИАПП+ происходят два прямо противоположных процесса, — объясняет Стригин. — Первый: мы всех этих людей объединяем, и не все они могут быть с этим объединением согласны. Но при этом внутри сообщества мы их и разделяем, дифференцируем — это второй процесс. Объединение важно потому, что у всех стигматизированных групп наблюдается примерно одно и то же — они остаются в той или иной степени невидимыми для общества, ущемленными в гражданских правах, в каких-то вещах, к которым большинство людей привыкли и даже не замечают их, не осознают как что-то ценное. И объединение имеет смысл для того, чтобы сделать всех этих людей видимыми. В таком случае вопрос «Когда остановиться?» выходит за пределы здравого смысла и становится вопросом этики. Мы не можем сделать часть людей видимыми, а остальных бросить».

Не секрет, что некоторые представители «классических» четырех букв сопротивляются расширению аббревиатуры и присоединению к их сообществу, например, небинарных людей, так как те, по их мнению, могут «размывать повестку» или «отъедать ресурс».

«Мы хотим добиться того, чтобы люди с любыми особенностями идентичности, ориентации, поведения имели равные права и возможности в обществе, как на реализацию себя, так и на защиту со стороны властей. В таком случае включение любых букв в эту аббревиатуру, как и включение любых групп в данное сообщество, будет играть только на руку самому сообществу, — продолжает психолог. — Самое главное, чего мы сможем добиться таким способом, — это сделать для общества видимым и очевидным тот факт, что все люди разные и что эти различия не ограничиваются четырьмя буквами, их гораздо больше».

«В теории эту задачу должен решить термин «квир», но полноценно его привить пока что не удается даже внутри ЛГБТ-сообщества, у многих людей он почему-то вызывает отторжение. Может быть, он действительно слишком размыт и неопределенен, но при этом он служит гуманистической цели — показать, что все мы люди и все мы разные, и эта отличность — и есть то ценное, ради чего стоит все это затевать, всю борьбу за права».

Подписывайтесь на страницу СПИД.ЦЕНТРа в фейсбуке

Google Chrome Firefox Opera