Общество

«Кавказ — сила»: как в Москве нападают на трудовых мигрантов-геев

Банды выходцев из мусульманских регионов страны, прикрываясь ценностями «традиционного» ислама, вымогают деньги у трудовых мигрантов ориентации «нетрадиционной». Корреспондент сайта СПИД.ЦЕНТР встретился лично с жертвами нападений и подставных свиданий, чтобы разобраться, как именно устроен этот бизнес и почему мигранты из Средней Азии так редко обращаются за помощью к полицейским.

Узбекская чайхана на окраине столицы на втором этаже двухэтажного грязно-белого здания прямо напротив метро. Маршрутки с подмосковных строек, на которых мигранты съезжаются сюда пообедать, останавливаются всего в паре сотен метров от нас. Ближе к автобусной остановке — опасно. Дежурит полиция. Ни патентов, ни документов, разрешающих пребывание в стране, у большинства из здешних завсегдатаев нет. До съемной квартиры на другом конце мегаполиса ребята предпочитают добираться на такси: в складчину недорого, да и ездить приходится нечасто. Работают вахтами: пару дней на объекте (ремонт новостроек, стяжка полов, «малярка»), два дня «дома».

Простая клеенчатая скатерть, меню на узбекском и русском, свежая выпечка и плов по ценам раза в два ниже привычных. Расчет только за кэш. Наш первый собеседник в России уже лет десять, документы потерял пару лет назад, еще в Питере, где работал последовательно продавцом, администратором в гей-сауне, менеджером автосалона, администратором салона. С тех пор как перебрался в Москву, подвизается на стройке — бригадиром.

На все недоумения улыбается: «А что, думаешь, геев-строителей не бывает?». Ребята, приезжающие из стран Центральной Азии, акклиматизируясь, со временем устраиваются в столице чаще барменами или парикмахерами. Кому повезет больше, удается найти место по профессии, если дома успел получить образование. Но начинать на новом месте все равно практически всем приходится с мастерком в руке. А стало быть, «базовые» навыки — у кого штукатура, у кого малярка — есть практически у всех.

Стройка вместо сауны

Узбекистан — одна из немногих стран бывшего Советского Союза, так и не отменившая статью за «мужеложство». Обвинения в гомосексуальности здесь могут обернуться уголовным сроком — до трех лет — плюс унизительная процедура освидетельствования, суд. В Киргизии и Таджикистане соответствующий пункт из кодекса пропал на исходе девяностых, но дела обстоят не лучше.

Гея, если об этом узнают окружающие, ждет, пусть и не физическая, как в Дагестане или Чечне, но социальная смерть. Сперва откажется семья: младшую сестру такого парня вряд ли когда-то возьмут замуж. Следом за семьей знакомые, друзья. Работу тоже вряд ли удастся найти. Поэтому значительная часть отправляется, окончив колледж или школу, к северному соседу. В Россию. 

По достижении 18 лет «заработать на свадьбу» сюда едет чуть ли не большая часть выпускников мужского пола. Родители не станут отговаривать и вряд ли заметят подвох: «Ну, хочешь — езжай». А со временем в Москве можно будет осесть, найти парня, устроиться.

Мигрировать дальше на Запад — бессмысленно. Чужая культура, чужая страна. Россия, напротив, кажется «своей». Выросли на одних и тех же мультфильмах, сериалах, да и в школе программы почти совпадают. Русский, впрочем, придется учить на месте: но и это — не проблема. Выучить английский или немецкий куда сложнее.

Бандиты знают, что за нас тут никто не будет заступаться, они знают, что мы овцы, вот и ведут себя, как волки

«Стройка — это вообще самая сексуальная работа», — безапелляционно заявляет мой собеседник, потягивая компот из сухофруктов. Пиво в чайхане не подают. И сразу успокаивает: «Не бойся, это я так шучу».

«Это только в России строительство считается унизительной профессией, но нигде в мире такого нет, быть мастером своего дела — это достойно, ты ведь не просто делаешь руками, ты творишь, — распаляется бывший администратор гей-сауны. — Если ты профессионал, если ты потратил на свое мастерство годы, это почет!». И сразу заходит с козырей: «У вас в том же Ленинграде лепнина, атланты, дворцы-фасады, вам нравится? Но это ведь сделано людьми. Мастерами».

Всего в его бригаде еще четыре человека. Двое «по теме» — один раньше работал барменом, второй — в эскорте. И двое гетеросексуалов. «Они делают вид, что ничего не знают, но точно догадываются. Шутки-то мы шутим гейские, почти не стесняясь». Квартиру снимают вместе на Щелковской.

Мурад по имени Адам

«Был вечер субботы, мы приехали с объекта с друзьями домой, как всегда, после работы посидели, — рассказывает парень. — Уже утром мне пишет в чате для гей-знакомств пацан, указан как Мурад, симпатичный. Предлагает встретиться. И мы, и русские часто встречаемся таким образом после работы, просто поболтать, в кафе посидеть. Если понравимся друг другу, может, и секс будет».

Приложения вроде Tinder, Hornet и чаты в Телеграме — стандартное средство знакомства. Пользуются ими практически все геи Москвы. Реже используются «тематические» группы во ВКонтакте. Если времени на клубы и дискотеки нет — альтернативу придумать сложно. Фотографии в таком случае загружаются настоящие, но без лица. В скрытых — портрет и обнаженка. У кого есть.

Вся переписка заняла пару дней: «Он попросил открыть интимные фото. Я попросил его показать свои в ответ». Скинул. Сказал, что ему нравятся азиаты и только люди восточной внешности.

«Сам чувак кавказец. Лет двадцати пяти. Написал, что работает охранником. Тут многие кавказцы боятся встречаться со своими, чтобы не узнали соплеменники, а с русскими не очень ладят. И многие работают охранниками. Так что я не заподозрил ничего дурного», — говорит собеседник СПИД.ЦЕНТРа. На второй день обменялись номерами телефонов. Договорились встретиться в 11 часов у метро Партизанская. Неподалеку от парка. «Я сходил в аптеку за гелем для спины, она у меня болела после работы. Сказал ребятам, куда пошел. И отправился на встречу».

«Через пару минут после того, как мы поздоровались с «Мурадом» — в жизни он представляется как Адам, — он сказал, что отойдет в сторону гостиницы, зайдет в Макдоналдс и вернется. Через пару минут он действительно появился. Но вместе с ним было уже двое мужчин. Первый подбежал ко мне, схватил руками из-за спины, второй достал нож. Я сразу понял, что попал и что свидание было подставой. Но спасаться бегством было уже поздно». Гости — оба дагестанцы, с бородами — сперва зачем-то назвали себя полицией, потом указали в сторону и потребовали проследовать за ними.

«Одеты они были в короткие куртки, это такой кавказский стиль, спортивки с серыми полосами, рядом припаркована черная BMW какой-то старой серии, как в фильме «Бригада», с тонированными окнами. Затащили в Машину. Отъехав поближе к парку, высадили. Отобрали деньги, телефон. Включили камеру и потребовали, чтобы я назвал свое имя, фамилию и произнес: «Я пидорас». И еще что-то в том же духе», — вспоминает молодой человек.

«Я назвал вымышленное имя. Документов при себе не было, так что проверить они не могли. Только сказали, что завтра в 9 часов я должен быть здесь же и принести им денег, иначе видео с признанием они разошлют всем родственникам, чьи номера есть в телефоне. Когда они со мной разбирались, тот, что постарше, произнес: «Сейчас месяц Рамадан, только поэтому мы тебя не будем бить сильно». Это было 22 мая. Спросил, где я живу. А тот, кто был приманкой, «Мурад», он же «Адам», отвернулся, вроде как ему стыдно. Я думаю, что он сам действительно гей, потому что, пока мы общались по интернету, слишком натурально он писал: употреблял все слова, которые мы говорим, такого специально не придумаешь».

Доехав до дома парня, его отпустили. Лишь к 4 июня пострадавшему удалось восстановить сим-карту из украденного телефона и выйти на связь с друзьями: «Пару дней я ночевал на объекте, потому что боялся, что меня подкараулят. А когда включил WhatsApp, увидел сообщения от друга-студента, киргиза, что его только что поймали, били, порвали брюки. Там же на Первомайской, — рассказывает собеседник. — Спрашиваю: «Трое?» — Он отвечает: «Да». Более того, они показали ему мое видео, записали все данные из паспорта и сказали, что, если не принесет через пару дней 100 тысяч рублей, такое же видео, только с его участием — пока друга били, они его записали, со всеми признаниями — отправят родителям».

В отличие от удачливого бригадира, у студента родные в телефоне значились по-русски: «Мама», «Папа», «Брат», «Сестра». «У меня все контакты записаны по-узбекски, поэтому дагестанцы так никому ничего и не отправили. Просто не разобрались, чьи номера набирать».

Братья-воспитатели

Ровно за год до этой истории точно так же попали на вымогателей два других знакомых героя. Одного поймали здесь же, на Партизанской. Заманив в квартиру, снятую посуточно, второго — на Домодедовской. Впрочем, схема была все время одна и та же: побои, видео, требование выкупа.

«Тот, которого поймали на Партизанской, скинул им сразу 30 000 рублей на карту. «Остальное, — сказал, — принесу завтра». Как только его отпустили, тот срочно позвонил родителям, попросил их поменять номера телефонов и удалить аккаунты в социальных сетях. Сказал, что попал в беду, встретился с вымогателями, но без подробностей. Те поверили на слово и все сделали, как он попросил».

Со вторым мы встречаемся лично на Цветном Бульваре (тут тоже ремонтируют квартиры). Я предлагаю посидеть в местном «Жан-Жаке». Тот без лишних подсказок легко находит адрес. Банда, похитившая его, — другая. Впрочем, кавказцы были и в ней.

«Когда меня отвезли в лес и стали бить, рыжий здоровый чеченец, водитель, сказал, что таким образом они „учат мусульман вести себя правильно“». Почему при этом они вымогают деньги, впрочем, не пояснил. Но зато предложил работу: «Ты похож на неплохого парня. Если ты бросишь свои дела, мы тебе поможем».

Звучит как изд евка, но избитой и униженной жертве предложили самому стать наживкой. Заманивать своих же узбеков и привозить их в лес.

«Сказали, что если я буду помогать им «воспитывать братьев», то неплохо заработаю. С каждого за видео они берут по сто тысяч, приманке с этих денег идет 20 тысяч. Я ответил, что подумаю, а через сутки написал заявление в полицию». 

«Стимул» для полицейских

Очевидно, схема, описанная парнем, работала и в «измайловских» эпизодах. По знакомым — а многие мигранты-геи общаются, их круг не так велик — биографию «Мурада-Адама» удалось восстановить в деталях. Судя по всему, парень, как и многие другие кавказские геи, промышлял в столице эскортом (по факту, зарабатывал на жизнь гомосексуальной проституцией, оказывал сексуальные услуги за деньги), а после того, как попался бандитам, пошел на «сотрудничество».

Полиция, хоть и приняла заявление, за год практически никаких следственных действий не предприняла. Более того, хоть и выдала потерпевшему положенный талон, умудрилась потерять дело, в котором, помимо действующего телефона приманки, значился номер машины, на которой было совершено похищение.

Включили камеру и потребовали, чтобы я назвал свое имя, фамилию и произнес: «Я пидорас».

Если бы молодой человек не обратился за помощью в ЛГБТ-правозащитную организацию «Стимул», оно, как и сотни аналогичных, кануло бы в Лету. Только благодаря их вмешательству по результатам служебной проверки за ненадлежащий контроль работы своих подчиненных, как только потеря вскрылась, оказался уволен вр.и.о. начальника уголовного розыска Коротков и начальник УМВД по Ленинскому району Московской области.

С подачи того же «Стимула» с поличным при «передаче денег» полицейским удалось задержать и одного из измайловских вымогателей. Впрочем, большинство жертв не обращаются в полицию, опасаясь огласки, а чаще всего вкупе с ней — и депортации.

«Если у мигранта нет надлежащих документов, вероятность того, что вместо помощи он окажется выдворен из страны, крайне велика. Злоумышленники знают об этом и пользуются полной беззащитностью своих жертв, справедливо рассчитывая на безнаказанность», — объясняет сайту «СПИД.ЦЕНТР» юрист Московской ЛГБТ-инициативной группы «Стимул» Антон Рыжов, ведущий оба эпизода.

Овцы и волки

«Отдельная проблема — что полиция работает только в том случае, если все доказательства принести им на блюдечке: нужно самим снять побои, самим найти в социальных сетях профили преступников, предоставить их действующие номера, договориться о встрече. В противном случае правоохранители просто ленятся, и дело тут не в гомофобии или национальности жертвы, а в элементарном нежелании работать. Сами вымогатели хвастаются, что у каждого из них есть сотни видео, записанных на подставных свиданиях. Полицейские рассматривают жертв таких нападений как лишнюю обузу, как людей, которые их отвлекают от „настоящих дел“», — объясняет он.

Одна из жертв формулирует проще: «Бандиты знают, что за нас тут никто не будет заступаться, они знают, что мы овцы, вот и ведут себя, как волки».

В докладе «Стимула» за 2019 год значится, что подставные свидания — один из наиболее распространенных видов нападений на почве гомофобии в стране. «Чаще всего жертвами подставных свиданий становятся гомосексуальные или бисексуальные мужчины, заводящие знакомства в интернете». Причем мужчины любой национальности. И в 2017, и в 2018 году именно подставные свидания стали самой частой причиной обращений представителей ЛГБТ в организацию.

По материалам «Стимула» около года назад подобного рода преступлениям, но направленным против граждан России, оказался посвящен отдельный материал издания The Village. Статистика, представленная там, говорит сама за себя: лишь 19 % геев, подвергшихся нападениям, обращаются к правоохранителям, а более 77 % жертв предпочитают молчать о произошедшем. Не будет преувеличением сказать, что среди мигрантов это соотношение будет выглядеть как один процент против девяноста девяти.

Еще один собеседник «СПИД.ЦЕНТРа», с которым мы беседовали около полугода назад, тоже подвергался нападениям и убежден, что среди ЛГБТ-мигрантов истории, подобные его, — массовый случай. Впрочем, оставаться дома, подальше от московских разбойников — не вариант.

Когда братья узнали о его ориентации, в один из редких прилетов домой на побывку не просто избили его, но, отобрав паспорт, заперли в подвале, где несчастному пришлось просидеть более месяца, пока тот чудом не умудрился при помощи сестры, пожалевшей беднягу, сбежать.

Уже накануне публикации данного материала «Стимул» сообщил «СПИД.ЦЕНТРу», что к его юристам обратился еще один пострадавший. На этот раз банда, избившая и похитившая мигранта-гея, состояла не из кавказцев, а из таджиков. (Подобным бизнесом могут промышлять выходцы из любых мусульманских регионов, да и не только мусульманских). Однако и схема знакомства, и вымогательство денег с использованием признаний, записанных на видео, есть и в этом эпизоде. Сколько еще таких банд действуют в российской столице — не знает никто. И в первую очередь правоохранители, хотя знать подобные вещи и считается их прямой обязанностью.

«Впрочем, по новому делу мы уже обратились в полицию, и на этот раз, кажется расследование близко к завершению», — говорит Рыжов. Но просит не упоминать  подробностей (корреспондент нашего сайта ранее самостоятельно связывался с потерпевшим — еще до того, как делом занялся адвокат «Стимула»), чтобы через их разглашением не помешать поимке очередных «борцов за чистоту ислама», не брезгующих в процессе «наставления братьев на истинный путь» поправить личное материальное положение. 

В обмен на иллюзию родственников, оставшихся на далекой родине, что их сын — такой же, как и все, просто зарабатывает на свадьбу. В негостеприимной, но еще тридцать лет назад почти «своей» — настолько же узбекской, насколько российской — столице.

Подписывайтесь на канал  СПИД.ЦЕНТРа  в Яндекс.Дзене
Google Chrome Firefox Opera