Лечение

«Куба далеко». Приключения кубинцев в России эпохи коронакризиса

Пандемия коронавируса и режим самоизоляции раскрыли нелегальные схемы иммиграции и работы, жертвами которых стали сотни граждан Кубы в Москве. Сайт СПИД.ЦЕНТР публикует материал, вышедший совсем недавно в испанской газете El País и переведенный специально для нас его автором, о том с чем пришлось столкнуться гастарбайтерам из социалистической до сих пор Кубы в капиталистической России эпохи «коронакризиса».  

Грубоватые занавески, сшитые из синего покрывала, выделяют Хосуэ Пересу немного личного пространства. За этим куском ткани развеялись мечты этого узловатого молодого кубинца: получить работу в Москве, делить квартиру с парой товарищей, отправлять деньги семье, оставшейся на острове. В январе он уехал из Гаваны — его соотечественник пообещал ему, что за предоплату поможет ему обосноваться в российской столице. Но он не предполагал, что его будущее — это койка в квартире, которую он делит с девятью другими кубинцами, в многоэтажке на окраине Москвы. Надежды, за которые он выложил 2000 долларов, испарились, как и тот соотечественник. Работа с невысокой и нестабильной зарплатой, которой он занимался неофициально, была приостановлена из-за коронавируса. Без работы нет бесплатного жилья, и приближается день оплаты аренды. "Я приехал в Россию в поисках лучшей жизни, а в итоге мне будут присылать деньги с Кубы, - говорит он, - с Кубы!».

Каждый год около 25 000 кубинцев въезжают в Россию в качестве туристов, согласно данным российской пограничной службы. Благодаря соглашению между историческими союзниками, Москвой и Гаваной, им не нужна виза и они могут находиться в России до 90 дней, но без права работать. Многие, как и Хосуэ Перес, приехали, чтобы остаться. Другие заплатили от 5000 до 7000 долларов мафии, занимающейся контрабандой людей, за билет до Москвы и документы, которые якобы позволили бы им впоследствии отправиться в Испанию или Италию: документы, которые они никогда не получают, так как Россия не входит в Шенгенскую зону и пересечь ее границу законным путем невозможно. Сейчас, когда город закрыт и находится в экономической спячке, пандемия коронавируса выявила трещины в черных схемах иммиграции и занятости, в которые попали многие кубинцы, эксплуатируемые мафией со связями в Москве и в Гаване.

Юниор Кастро и Антонио заплатили 1500 долларов посреднику, о котором услышали от других кубинцев. За эти деньги они получили билет до Москвы, жилье на месяц и работу на стройке. «Они говорят, что рабочие места покупаются, а потом ты каждый месяц получаешь зарплату», - объясняет Кастро с острова Хувентуд, который прибыл в российскую столицу в декабре. Там он работал в курортном городе в прачечной. В Москве он работает на стройке с Антонио и пятью другими соседями по комнате. Двенадцать часов в день без перерыва они возводят офисное здание, рассказывают они в одной из двух комнат, самой просторной, которую, несмотря на кровати, они также используют в качестве гостиной. "Мы выбрали Россию из-за легкости, не зная, что нас здесь ожидает: проблемы из-за незнания языка и обычаев, эксплуатация. Теперь единственное, что мы ищем, - это пропитание», - сетует, засовывая руки в карманы, Антонио, до недавнего времени работавший айтишников на керамической фабрике керамики в Ольгине (город на Кубе - прим.).

Сценарий повторяется снова и снова. Купить рейс в Москву дороже с острова, поэтому многие обращаются к посреднику, который отправляет им билет из-за границы и за определенную сумму обещает им жилье, работу и улаживает бюрократические формальности. Этот посредник, как правило, кубинец, предоставляет дешевую рабочую силу российским, армянским, азербайджанским или сербским неофициальным подрядчикам, которые снабжают персоналом стройки по всей столице. Без договора, без страховки и без гарантии заработной платы. Если все идет по договоренности, работник получает зарплату, около 300 евро в месяц, из рук посредника, который оставляет себе комиссию от и без того невысокой суммы.

«Эта система уже давно используется с гражданами Центральной Азии, такими как Киргизия, Таджикистан или Узбекистан; теперь они нанимают кубинцев, потому что они более уязвимы, не знают русского языка, не знают системы и имеют меньше возможностей для поддержки. Многие остаются из-за надежды или из-за пустых обещаний, что рано или поздно они смогут легализоваться. Другие пытаются собрать деньги, которых им не хватает, чтобы оплатить предполагаемые документы для поездки в Европу; некоторым удается уехать в Сербию, а там они остаются и ждут (переезда в ЕС - прим.)», - объясняет Уильямс Эррера, адвокат в отставке, который оказывает бесплатную юридическую помощь некоторым соотечественникам.

Кубинские власти знают о проблеме. Консул Кубы в Москве Эдуардо Эсканделл утверждает, что они иногда помогали, пытаясь найти юридическую помощь для тех, кто решил заявить об эксплуатацию труда. Это происходит нечасто, признает Марио Карразана, кубинский юридический консультант, живущий в России. Большинство из них боятся репрессий или депортации. Поэтому они молчат и ищут другие возможности. И все начинается с начала.

Мадлен Де Ла Каридад нашла работу уборщицей в супермаркете. На Кубе она была медсестрой и решила продать немногое, что у нее было, и покинуть остров со своей 15-летней дочерью Шабели. Билет она купила самостоятельно, а квартиру ей нашел посредник, который, в числе многих других, занимается недвижимостью для кубинцев по всей Москве. По приезде вместо квартиры для двоих они обнаружили двухместную кровать в квартире с десятью мужчинами. «Я выбежала оттуда, [я не хотела находиться] с ребенком с незнакомыми людьми», - рассказывает она. В итоге она, поселилась в трехкомнатной квартире со своей подругой Юрис Леди и восемью другими людьми. Все занимаются уборкой, рассказывает один из местных старожилов Марко Антонио Эррера. Работа по 12 часов, каждый день, около 25 000 рублей, чуть больше минимальной заработной платы в столице, но за гораздо больше часов, чем предписано правилами. «И это только если мы их получим... " — говорит его коллега Клара Элси Фелипе в прихожей с желтыми стенами, на которой выделяется яркий плакат с изображением озера.

Получить эту работу стоит денег. Они должны заплатить посреднику около 3000 рублей, согласно обсуждениям в соцсетям, с которыми ознакомился EL PAÍS. И еще 3000 рублей «штрафа» за пропуск одного рабочего дня. Иногда по договору первый месяц является «пробным" и не оплачивается. Схема очень схожа с той, что используют строительные мафии, и злоупотребления происходят регулярно, говорит адвокат Карразана.

Рынки «Люблино» или «Садовод» на юго-востоке Москвы, в настоящее время закрытые из-за пандемии, а в другое — часто посещаемые кубинской общиной, являются гнездом «посредников» или «агентов», ищущих дешевую рабочую силу. Почти все знают, что если вы ищете работу, достаточно просто прийти туда. Хотя большинство знают, что деньги за нее платят далеко не всегда. «То, что происходит с нами, - это мошенничество. Ты в курсе, ты знаешь, что людей обманывают, но ты думаешь, что с вами этого не произойдет», — сокрушается Хосуэ Перес. «На Кубе я занимался туристической гастрономией, дела уже были плохи, а сейчас, из-за вируса все будет еще хуже, но если здесь все продолжиться, как сейчас, нам придется искать способ вернуться. Там ты не переедаешь, но и не голодаешь, всегда найдется сосед, который даст тебе хлеб, плошку риса, там по-другому», - говорит он.

Для Мадлен Кастильо и ее мужа Леодона возвращение на остров — не вариант. Они продали свой домик недалеко от Гаваны, чтобы поехать в Россию, и теперь из-за отсутствия работы и самоизоляции закончились те немногие сбережения, которые остались после оплаты билетов и предполагаемых проволочек. Они приехали в ноябре с матерью Мадлен Нильдой Паулой и двумя ее детьми: Паулой, 12 лет, и Педро, трех лет. С тех пор девочка не учится в школе. "Без бумаг и не зная русского, как это сделать?», - удивляется Кастильо.

До появления коронавируса дети оставались с бабушкой, а Леодон и Мадлен ходили на работу на одну стройку. Он занимался строительством. Она — уборкой, пока беременность не помешала ей; она на седьмом месяце и уже несколько недель не обследовалась у врача. «О зарплате мы даже не говорим», — говорит Леодон. Теперь, в отсутствие доходов за аренду платить нечем, и они выживают благодаря продуктовой корзине, которую благотворительный фонд «Дом доброты» распределил между людьми, живущими в крайней нужде. «Больно понимать, что завтра, возможно, детям будет нечего есть», — сокрушается Кастильо.

Без денег и без лекарств

В воображении Дженифер Леон план был безупречен: поехать в Москву, поработать несколько недель, купить дешевый товар и продать его с наценкой по возвращении на Кубу. Но пришел коронавирус, рост заражений, закрытие границ. И все эти планы развалились. Сейчас она застряла в российской столице, без денег и не зная, когда сможет вернуться. «И мой счетчик бежит», — говорит она. 30-летняя Леон живет с ВИЧ, а препараты для АРВТ, которые она принимает уже 11 лет и которые привезла в Москву, уже закончились. «Это серьезная проблема», — сетует она, надевая белый тюрбан. Рядом на кровати в общей квартире сидят Йоандра Агуэро и Натали Фонсека, которые, как и она, сталкиваются с двойной дискриминацией: все трое — трансгендерные женщины, живущие с ВИЧ.

«На Кубе я занимался туристической гастрономией, дела уже были плохи, а сейчас, из-за вируса все будет еще хуже, но если здесь все продолжиться, как сейчас, нам придется искать способ вернуться»

Приезжать за покупками в Россию — обычное дело. Многие кубинцы едут в Москву из Гаваны, пользуясь безвизовым режимом и возможностью привезти до 120 килограммов товаров на человека в год. Вокруг пары оптовых рынков в российской столице развернута целая инфраструктура для этого бизнеса. Большая часть из 25 000 кубинцев, прибывающих в Россию в качестве туристов, перевозят товары для перепродажи. В киосках этих больших базаров многие ценники написаны на испанском языке. Есть маленькие отели, хостелы и апартаменты для таких поездок по магазинам. Запчасти для советских автомобилей, вроде «Лады» или «Москвичей», которых до сих пор популярны на острове, но для которых трудно или слишком дорого покупать детали, обувь, бытовая техника, одежда. Покупают в России, продают на Кубе. 

Идея Леон состояла в том, чтобы поработать пару месяцев в Москве и купить на заработанные деньги несколько вещей. Она уже второй раз в России. В первый раз, пару лет назад, она приехала со сбережениями и все получилось, рассказывает она. «Теперь мне обещали работу по сбору яблок, что впоследствии оказалось ложью», — жалуется Леон, которая много лет работал учительницей, пока не ушла в туризм. Фонсека первый раз не только в России, но и вдали от дома. Ей 22 года, и она давно бросила учебу. Она рассказывает, что ее коллеги преследовали ее из-за ее  трансгендерности. "Моим родителям было трудно, но в итоге они согласились принять меня на пару месяцев», - рассказывает она.

Они оба из города Матансас. Они были знакомы ранее и оказались в маленькой московской квартире, кишащей тараканами, ползающими по стенам и дверям, не опасаясь людей. «Не подумайте, что любой сдаст квартиру транс-женщине", - говорит Вики Фонсека, еще одна девушка, которая, в отличие от своих подруг, хочет любой ценой найти способ не возвращаться на остров. Всего в доме проживают еще шесть человек. Они платили по 10 000 рублей за койкоместо в месяц. Сейчас аренду для них снизили до 5000 рублей. «И все же мы живем, задыхаясь от страха, что нам будет нечем заплатить», - говорит Натали Альманса. Друзья и семья прислали им немного денег. Фонд «СПИД.ЦЕНТР» смог предоставить антиретровирусные препараты на неделю каждой, но время идет, и страх никуда не уходит.

Амет Мигель Кальдерин рассказывает, что он рискнул многим, чтобы поехать в Москву. Этот инженер основал ресторанный бизнес в городе Сьенфуэгос и отправился в российскую столицу со всеми своими сбережениями, чтобы купить вещи для своего заведения. Он должен был вернуться в это воскресенье, но рейсы приостановлены, и деньги, которые он так долго собирал, закончились. "Это чрезвычайная ситуация, и кто-то должен дать нам ответ, но этого не происходит, и мы оставлены на произвол судьбы», - возмущается Кальдерин, живущий в квартире на юге Москвы с другими соотечественниками.

Консул Сканделл утверждает, что предоставляет информацию и консультации гражданам, которые обращаются в дипломатическое представительство. Теперь они пытаются оценить, сколько граждан находится в той же ситуации, что Леон, Фонсека или Кальдерин, на случай, если появится возможность согласовать с российскими властями обратный рейс, как это было сделано с другими странами.

Подписывайтесь на канал  СПИД.ЦЕНТРа  в Яндекс.Дзене
Google Chrome Firefox Opera