Как утверждают общественники, если первые сообщения о перебоях с лекарством появились еще в марте, то по состоянию на 18 ноября 2019 года они обладают обращениями в связи с нехваткой зидовудина уже из 12 регионов страны.
Причина перебоев по их мнению связана с тем, что несмотря на то, что итоговая цена по аукционам на этот препаратом в ходе летних торгов выросла в четыре раза (с 250 до 1000 рублей) чиновники оставили неизменной сумму, выделенную в плане закупок на указанное лекарство.
В итоге количество приобретенное министерством оказалось в несколько крат ниже реальной потребности, а пациенты вынуждены были сменить схемы, если они содержали AZT.
Несмотря на то, что зидовудин остается достаточно токсичным препаратом (исторически это первое лекарство от ВИЧ-инфекции, выпущенное западными компаниями на рынок еще в 80-х), есть случаи, когда перейти на популярные аналоги для него не представляется возможным.
В первую очередь из-за непереносимости у ряда пациентов региональных центров СПИД тенофовира и абакавира.
Общественники цитируют ответ Росздравнадзора Тульской области на одно из обращений, направленное ими медицинским властям: «При временном отсутствии лекарственного препарата зидовудин+ламивудин, специалисты Тульского областного центра СПИД с учетом предшествующего вирусологического анамнеза пациента имеют возможность замены в схеме отдельных препаратов на аналогичные из одинаковой фармакологической группы, что не противоречит клиническим рекомендациям и стандартам медицинской помощи пациентам при инфекционных заболеваниях».
Активисты отдельно отмечают, что актуальная ситуация сложилась ввиду катастрофических перебоев с другим препаратом — ламивудином, восполнять запасы которого министерству пришлось за счет других позиций в плане закупок: “Пытаясь не оставить без лекарств одних пациентов, врачи центров СПИД вынужденно оставили без лечения других”, — резюмируют общественники.
О перебоях с ламивудином ранее не мало писал СПИД.ЦЕНТР, несмотря на то, что с 2017 года в России имеют место регулярные перебои с АРВТ-препаратами, этот конкретный оказался связан не с задержками со стороны производителей, а с вступлением новых правил ценообразования при заключении госконтрактов на лекарства и неспособностью министерства вовремя скорректировать цены, первоначально указанные в заявках, выставленных на соответствующие аукционы.