Инициатива пересмотреть частоту тестирования продиктована несколькими соображениями. Во-первых, подавляющее большинство случаев хламидиоза (около 80%), гонореи ротоглотки и прямой кишки протекают бессимптомно, причем до конца не ясно, насколько такие формы заразны. Существуют данные, что сверхчувствительные ПЦР-тесты могут выявлять остаточную РНК, а не жизнеспособные бактерии. Во-вторых, значительная доля инфекций проходит сама по себе: по данным UKHSA, 24% случаев хламидиоза спонтанно разрешаются в течение 27 дней, а по данным одного исследования, почти 80% — в течение года. Для гонореи показатели сопоставимы: 21% за 10 дней и до 77% за 70 дней. Наконец, каждый курс антибиотиков — это нагрузка на микробиом, а в случае гонореи — еще и шаг к формированию устойчивости к очередному классу препаратов. Лечение цефтриаксоном — шестым по счету классом антибиотиков, применяемых против гонореи с 1940-х годов, — пока работает, но случаи резистентности уже регистрируются.
Джон Сондерс из UKHSA, анализировавший данные о скрининге раз в 3 и 6 месяцев, подчеркнул: прямых доказательств того, что частый скрининг снижает популяционную заболеваемость хламидиозом и гонореей, нет. Единственное рандомизированное контролируемое исследование — бельгийское GonoScreen — сравнивало стандартный трехмесячный скрининг с терапией всех инфекций и подход, при котором лечили только случаи, проявляющиеся клиническими симптомами. Ученые ожидали, что в группе без скрининга случаев окажется меньше, но обнаружили обратное — отчасти потому, что нелеченные инфекции сохранялись дольше трех месяцев и учитывались во второй раз при следующем визите.
Главное препятствие для изменения рекомендаций лежит не в биологической, а в социальной плоскости. Качественные исследования показывают, что пациенты относятся к идее сокращения скрининга с глубоким подозрением. За десятилетия трехмесячное тестирование стало не просто медицинской процедурой, а маркером социальной ответственности. Существует обоснованное опасение, что если меньшее количество тестов приведет к росту передачи инфекций, это усилит стигматизацию ключевых групп населения.
Среди клиницистов также нет единого мнения. Многие врачи руководствуются принципом «лечить пациента перед собой» и обеспокоены увеличением окна, в течение которого невыявленная инфекция может передаваться дальше. Они также опасаются, что нарушение трехмесячного ритма тестирования подорвет доверительные отношения с пациентом. Сэри Эванс из клиники 10 Hammersmith Broadway предложила дифференцированный подход: сохранить трехмесячный интервал для секс-работников и других лиц с особыми факторами риска. Одновременно она выразила беспокойство, что при менее частых визитах будет потеряна возможность обсуждать с пациентом снижение рисков, проблемы употребления алкоголя и ПАВ, а также другие аспекты профилактики. Тестирование на ВИЧ и сифилис, по ее мнению, можно было бы проводить раз в три месяца с помощью специальных почтовых наборов, не требуя обязательного очного визита в клинику.
Доктор Бенджамин Вейл сформулировал ключевое условие любых изменений: они должны разрабатываться совместно с пациентскими сообществами, а не спускаться сверху. Переход на тестирование раз в шесть месяцев требует бережного соучастия, чтобы ценности безопасности и ответственности были сохранены. Представители пациентского сообщества, участвовавшие в дискуссии, подчеркнули: любое изменение должно сопровождаться четкой и честной информацией о частоте и последствиях бессимптомных ИППП, их контагиозности и вероятности спонтанного излечения. Возможно, в прошлом врачи избегали этого разговора из страха снизить мотивацию к тестированию — теперь пришло время для более конкретного диалога.