Общество

Частная помощь: как в России владельцы 3D-принтеров делают средства защиты для медиков

Во время пандемии сил государства и больших предприятий не всегда хватает для обеспечения всех врачей средствами защиты или должным количеством расходников для медаппаратов. На выручку приходят «мейкеры» — энтузиасты с 3D-принтерами, которые восполняют дефицит на складах и в COVID-отделениях. Движения и объединения «мейкеров» есть во многих странах, и в России тоже. СПИД.ЦЕНТР выяснил, как они помогают, как организована работа нескольких тысяч волонтеров и с какими запросами к ним обращаются.

Движение «Мейкеры против коронавируса» появилось в России в конце марта. Сегодня это самое масштабное комьюнити волонтеров, которые помогают посредством новых технологий. Оно охватило почти всю страну: больше трех тысяч добровольцев в семидесяти регионах и за границей — в Украине, Казахстане и Беларуси.

Ядро движения — сами мейкеры, их около четырехсот человек. При помощи 3D-принтеров и станков с числовым программным управлением (вырезают запрограммированные конструкции) они печатают комплектующие для сборки самодельных средств индивидуальной защиты и продуктов, для которых не нужна медицинская лицензия. Например, защитные щитки, герметичные маски, заколки для масок или подушки для пролежней. Средств защиты в российских больницах дефицит — 83 % врачей, работающих в учреждениях с COVID-пациентами, заявили, что защиты либо не хватает, либо ее нет вовсе.

Все остальные — волонтеры, они помогают координировать работу, развозить продукцию по больницам, продвигать сайт, искать деньги на производство и собирать сами комплектующие. Сейчас в команде кроме мейкеров, фандрайзеров, СММ-щиков, координаторов, дизайнеров, автоволонтеров есть и врачи — они дают обратную связь, объясняют, что может понадобиться в ближайшее время, а на что спрос будет падать.

Напечатанные части мейкеры отправляют в специальные пункты сбора. На изготовление одной комплектующей в среднем уходит полтора-два часа. Иногда для одного изделия разные части печатают несколько человек, и в пунктах волонтеры собирают их, как конструктор, из заготовок.

Энтузиасты с 3D-принтерами и сарафанное радио

Российские мейкеры — не первое такое движение в мире, но самое масштабное и распространенное. В разгар эпидемии на севере Италии в одной из больниц начался дефицит специальных клапанов для подключения больных к аппаратам искусственной вентиляции легких. Производители не справлялись с потребностью системы здравоохранения, и тогда на помощь пришли две компании, занимающиеся 3D-печатью. Они за сутки бесплатно сделали для больницы партию из ста клапанов. Причем если оригинальное изделие от производителя стоит около 11 000 долларов, то аналогичная копия от волонтеров — всего один доллар.

В Чили не хватало сертифицированных защитных масок, и врачи придумали самодельные. Они взяли маску для фридайвинга и через специальный переходник соединили ее с частью от аппарата ИВЛ — получился полноценный аналог. Переходники стали изготавливать волонтеры с помощью все тех же 3D-принтеров. Маски чилийских врачей уже протестировали в России на кафедре анестезиологии и реаниматологии в СЗГМУ им. И. И. Мечникова и разрешили использовать их, если средств индивидуальной защиты станет не хватать.

Самодельные защитные маски, придуманные в Чили. Фото: Федерация анестезиологов и реаниматологов.
Клапаны для подключения пациентов к аппаратам ИВЛ. Фото: Reuters.

Так же появились и российские мейкеры: изначально это было сообщество волонтеров в Телеграм-канале, которые пытались наладить схему производства противопролежневых подушек для пациентов на ИВЛ. К организации энтузиастов привел дизайнер из Санкт-Петербурга Всеволод Очинский, он же стал первым координатором. Работа началась в трех городах — Москве, Санкт-Петербурге и Уфе. Дальше сработало сарафанное радио: находились новые добровольцы, а врачи узнавали о возможности получить помощь от друзей и знакомых.

Так сообщество стало движением с четко выстроенной системой: чтобы получить помощь мейкеров, врач должен заполнить форму на сайте движения, указать медорганизацию и количество необходимых изделий. Все заявки поступают в координационный штаб, который распределяет их по регионам, следит за исполнением и оценивает приоритетность запроса. Все заявки наносятся на интерактивную карту с помощью бота, а координатор оценивает, насколько его сообщество справится с поставленной задачей, и распределяет обязанности.

Отбором запросов занимается специальная команда валидации — общаются с каждым заявителем, иногда приходится заниматься и просвещением медиков. «Команда объясняет врачам, что, например, щитки — это не одноразовая вещь, они обеззараживаются и используются заново. То есть, больницам не надо заказывать тысячу щитков на пятнадцать врачей», — поясняет координатор регионов Алена Светушкова.

Некоторые запросы откланяются сразу, например, от частных клиник. «Они свободнее в распоряжении своим бюджетом, тогда как государственные клиники — ограничены. Важно, чтобы в первую очередь были обеспечены инфекционки и клинические больницы», — добавляет Светушкова.

Из онлайна в реальную жизнь

Медработники охотно оставляют заявки на изделия, но нередко относятся с подозрением: не верят в безвозмездные услуги. «С такой осторожностью все задают вопросы: «А это что, бесплатно?». Очень неохотно верят в хорошее. Пытаются кто варенье дать, кто шоколадку», — смеется автоволонтер Елена.

Ее муж — анестезиолог-реаниматолог, уже полтора месяца он работает с пациентами с коронавирусом. Елена не смогла остаться в стороне от проблемы: она каждый день развозит готовую продукцию из пунктов сбора по подмосковным больницам. Бесплатны не только изделия, но и труд людей, они за это ничего не получают: все собранные средства — как на разных площадках, так и от частных предпринимателей — команда тратит на закупку сырья для деталей.

Бизнес не остается в стороне, некоторые региональные производители предоставляют скидку на пластик, а некоторые и вовсе соглашаются отдать сырье бесплатно. Например, компания Harz Labs поставляет всем, кто печатает на 3D-принтерах средства индивидуальной защиты, бесплатные материалы. До карантина один килограмм полимера стоил 10 000 рублей, а на производство, например, медицинского щитка нужно порядка пятидесяти граммов пластика. На заколку — от трех до пяти граммов, а на коннектор — около двадцати. Причем от 5 % до 30 % продукции получается бракованной. По словам Светушковой, предприниматели помогают оплачивать счета, переводят деньги, сами закупают материалы.

До пандемии у нее был бизнес-проект, который пришлось закрыть из-за ухода инвесторов. Она три года занималась организационной деятельностью в частном филантропическом фонде, а последние двадцать лет работала с НКО. Алена решила помогать мейкерам, чтобы не оставаться в стороне и «не сидеть без дела».

Сообщество по интересам

У мейкеров возникают сложности из-за разных 3D-принтеров. Устройство создает предметы по модели, которая формируется на основе чертежей, созданных в специальной программе. В чатах мейкеры делятся моделями комплектующих, но принтеры работают по-разному, и комплектующие могут не подойти друг к другу. Это особенно опасно для защитных масок — они должны быть герметичными.

Тогда модели приходится переделывать, чтобы сгладить разницу и сделать их универсальными для всех видом принтеров. «Если открыть каждый чат, увидите огромное количество вопросов по типу «Слушай, а у тебя что в печати?», «А у тебя какие настройки?», «А как вот тут пломбу поменять?». Это уникальный обмен профессиональным опытом», — рассказывает Алена.

В сообществе обсуждают, как модифицировать существующие изделия, делятся моделями и консультируются с врачами: спрашивают, чего не хватает. Недавно запустили в производство заколки для медицинских масок — это пластиковая полоска с зубцами, с помощью которой резинки хирургической маски крепятся на затылке: так, маска плотно сидит на лице и не натирает уши. Идея принадлежит Куину Калландеру, неравнодушному школьнику из Канады. Ребенок узнал, что у врачей от работы весь день в респираторе болят переносица и уши, и решил помочь.

Пластиковая заколка, с помощью которой резинки хирургической маски крепятся на затылк.

После пандемии

Количество заявок на средства индивидуальной защиты для врачей в последнее время постепенно уменьшается, отмечает координатор регионов. Но у мейкеров большие планы и на «мирное время» — уже после пандемии. Сфера применения 3D-принтеров в медицине крайне широкая: с их помощью создаются титановые ортопедические протезы, искусственные суставы, челюстные имплантаты и даже слуховые аппараты. Например, шведская компания Arcam создает в 3D-печати ортопедические протезы: они не уступают по качеству высокотехнологичным изделиям, но стоят в десятки и тысячи раз меньше.

В России пока так далеко не смотрят. Сначала мейкеры хотят помочь людям выйти из пандемии с меньшими потерями. Они будут помогать всем людям, не только медикам, с ежедневной защитой — продолжат производить щитки, панели для школьных парт (нужны, чтобы защитить в классах от вируса) и многое другое. А к координатору в Якутии уже обратились пожарные с просьбой подключать волонтеров для изготовления пластмассовых щитков и респираторов в период лесных пожаров.

«Мейкеры против COVID» — беспрецедентный пример технологичной помощи: когда в разгар кризиса системы здравоохранения не справляются, на выручку приходят энтузиасты и волонтеры.

Подписывайтесь на канал  СПИД.ЦЕНТРа  в Яндекс.Дзене
Google Chrome Firefox Opera