Эпидемия

Туберкулез, ВИЧ и корь: о каких эпидемиях мы забыли из-за коронавируса?

Пандемия коронавируса влияет на систему здравоохранения и на нашу жизнь гораздо сильнее, чем кажется. И дело не только в максимальной нагрузке на больницы и скорую помощь — под ударом и профилактика, и борьба с другими инфекционными заболеваниями: туберкулезом, ВИЧ, малярией, корью. Особенно тяжко в максимально уязвимых регионах. Катерина Хармон Карейдж разобралась в проблеме для VOX, а СПИД.ЦЕНТР публикует сокращенный перевод.

За последние десятилетия мы невероятно продвинулись вперед в уменьшении смертности от инфекционных заболеваний: туберкулеза, ВИЧ, малярии и полиомиелита. Но сейчас из-за пандемии коронавируса медицинские программы приостанавливают или сокращают, а люди пропускают регулярные осмотры, и эти заболевания могут триумфально вернуться.

В новом исследовании, опубликованном в журнале The Lancet Global Health, ученые предполагают: если COVID-19 продолжит быть активным в регионах, где распространены эти заболевания, число смертей от туберкулеза может вырасти за пять лет на 20 %. От малярии — на 36 %. Другие исследования прогнозируют еще более пессимистичный сценарий.

За последние двадцать лет смертность от туберкулеза по всему миру упала почти на 50 % (до 1,3 миллиона в год). Но прямо сейчас во многих странах люди продолжат заражаться. Одна команда ученых установила, что в ближайшие пять лет мы станем свидетелями 1,4 миллиона «дополнительных» смертей от туберкулеза.

По прошлому опыту мы знаем, что эпидемии сказываются на борьбе с другими заболеваниями. Например, недавняя вспышка Эболы помешала борьбе с малярией и привела к тысячам дополнительных смертей от этого вируса, переносимого москитами. А полиомиелит, который был на грани глобального исчезновения, может вернуться.

Число ежегодных смертей от этих инфекционных заболеваний может вырасти из-за перемещения ресурсов на борьбу с COVID-19. Список болезней сверху вниз: заболевания нижних дыхательных путей (пневмония и тому подобные), заболевания желудочно-кишечного тракта, туберкулез, ВИЧ/СПИД, COVID-19 (всего 6 месяцев), малярия, корь. Данные Всемирной организации здравоохранения.

Инфекционные заболевания могут вернуться даже в страны, которые успешно с ними справлялись, например, в США. Пока люди остаются дома из-за пандемии, избегают регулярных медицинских осмотров и плановых вакцинаций детей, появляется все больше тех, кто может заразиться легкопредотвращаемыми болезнями, такими как корь или коклюш. Что не только подвергает большее число людей риску, но и приводит к росту нагрузки на систему здравоохранения.

«Любая страна становится уязвимой, если перед ней встает множество угроз. Наибольшему риску подвергаются те, у кого не хватает кадровых, материальных и финансовых ресурсов, чтобы успешно реагировать на вспышку», — говорит Клэр Стэндли, специалистка Центра науки о всемирном здоровье и безопасности Джорджтаунского университета.

Именно так события и развиваются. Демократическая Республика Конго сейчас одновременно борется с COVID-19, Эболой и самой крупной в мире вспышкой кори. А Йемен охватил не только коронавирус, но и крупная вспышка холеры плюс разрушительный военный конфликт.

Это катастрофа не только для людей в этих странах. «Вспышка в любой стране мира — угроза для всех остальных. Если болезнь успешно распространяется где-то в мире, это означает риск ее продвижения и за пределы государственных границ», — добавляет Стэндли.

Вдобавок ресурсов становится все меньше — большая часть уходит на борьбу с пандемией коронавируса. Фонд Билла и Мелинды Гейтс, который десятилетиями концентрировался на борьбе с ВИЧ, малярией, полиомиелитом и другими инфекционными заболеваниями, теперь уделяет «полное внимание» пандемии. И по мере того, как мир охватывает глобальный финансовый кризис, другие фонды также могут постепенно сократить свою работу.

Количество смертей от туберкулеза с 2000 по 2017 год на 100 000 человек. Данные по странам: Демократическая Республика Конго, Индия, во всем мире в целом. Источник: IHME, Global Burden of Disease (2017).

Тем, кто распоряжается ресурсами, пандемия создала новые проблемы. Они должны решить, как распределить всегда ограниченные средства и что выбрать в качестве приоритета. Имеет ли смысл перебросить персонал с борьбы с полиомиелитом на COVID-19, зная, что в итоге больше людей заразятся вирусом, ведущим к параличу и порой смерти? А как насчет борьбы с малярией, от которой ежегодно умирает больше четырехсот тысяч человек, или ВИЧ — он приводит более чем к семистам тысячам смертей ежегодно?

Мы до сих пор не знаем точно, какими окажутся сопутствующие потери из-за смены фокуса в краткосрочной или долгосрочной перспективе. «Мы не можем позволить себе пожертвовать прогрессом, которого добились в борьбе с другими инфекционными заболеваниями. Непременно необходимо продолжить борьбу со всеми инфекционными заболеваниями одновременно с COVID-19», — говорит Ингрид Кац, представительница Центра всемирного здоровья при Массачусетской больнице и Гарвардского института всемирного здоровья.

Как COVID-19 мешает вакцинации и профилактике заболеваний?

 

После того как коронавирус начал распространяться по всему миру, в начале этого года многие люди предпочли отказаться от профилактического посещения врачей, в том числе и от вакцинации, включая детей. Так, в США количество плановых вакцинаций начало падать в середине марта, когда из-за пандемии объявили чрезвычайную ситуацию национального уровня. Уже к середине мая произошло «существенное сокращение» вакцинирования детей в стране.

«Это, скорее всего, приведет к увеличению предотвратимых прививками заболеваний в следующем году», — убежден Брюс Рибнер, директор по медицинской части отделения заразных заболеваний в больнице университета Эмори.

Нынешние меры социального дистанцирования мешают инфекционным заболеваниям (как и COVID-19) распространяться с обычной скоростью. Пока школы и летние лагеря закрыты, уровень заразных детских заболеваний, скорее всего, останется низким. Но это временно.

«Когда требования к социальному дистанцированию ослабнут, не защищенные прививками дети, будут больше подвержены таким заболеваниям, как корь», — пишут авторы доклада Центров по контролю и профилактике заболеваний. Для предотвращения вспышек кори необходимо, чтобы было привито 90—95 % человек. Но недавнее исследование показало, что количество вакцинаций от кори снижается, так, на май 2020 года в штате Мичиган их сейчас порядка 71 %.

Многие страны для борьбы с корью или другими инфекционными заболеваниями, включая те, что переносят смертельно опасные эндемичные для некоторых регионов паразиты, полагаются на массовую вакцинацию, например, в школах или общественных центрах. Даже многие государственные программы полностью свернули. С начала пандемии 27 стран приостановили свои кампании по борьбе с корью и 38 — с полиомиелитом, отмечает Кац. Миллионы детей не получили прививок от полиомиелита и сейчас не защищены от этой болезни.

Во всем мире люди не только пропускают плановые прививки, но и сомневаются, стоит ли им вообще обращаться за помощью в медучреждения, например, сдавать анализы на туберкулез и ВИЧ — боятся подхватить COVID-19. И эти страхи не беспочвенны.

В итоге все сложнее выявлять болезни и тем самым предотвращать их дальнейшую передачу. Что может привести к ситуации, когда многие излечимые состояния не будут диагностированы, и к дополнительным болезням и смертям, считает Стэндли. Это особенно важно для регионов, где инфекционные заболевания активно распространялись и до пандемии. «Я беспокоюсь о странах с высоким уровнем туберкулеза, таких как Индия, Кения и Украина», — добавляет Кац. Так, в начале апреля в Индии на 80 % сократилась диагностика туберкулеза.Исследование от 13 июля, опубликованное в The Lancet Global Health (было частично оплачено Фондом Билла и Мелинды Гейтс), показало: в регионах с высокой распространенностью туберкулеза, малярии и ВИЧ, число дополнительных смертей от этих заболеваний может оказаться «на том же уровне, что и непосредственный ущерб от COVID-19».

«Пандемия коронавируса и предпринятые в ответ шаги способны замедлить прогресс, проделанный в работе с серьезными заболеваниями. Даже краткосрочное прекращение контроля и лечения может привести к разрушительным последствиям для миллионов людей, которые зависят от программ», — говорит Тимоти Халлет, исследователь в области всемирного здравоохранения из Имперского колледжа Лондона и один из соавторов исследования.

Среди программ борьбы с серьезными инфекционными заболеваниями, которые поддерживает Глобальный фонд, многие столкнулись со значительными или средними затруднениями из-за пандемии COVID-19, что позволяет этим заболеваниям распространяться дальше. По данным на 1 июля 2020 года. Глобальный фонд.

Глобальный фонд выяснил, что к середине июня COVID-19 сказался на 85 % программ по борьбе с ВИЧ, 75 % программ по туберкулезу и 73 % программ по борьбе с малярией более чем в 106 странах. А это программы по предотвращению заражений, лечению и диагностике.

Исполнительный директор Глобального фонда Питер Сендс честно говорит, что «масштаб устрашает». Сейчас его группа ищет способы адаптации местных программ к новым реалиям. Например, можно купить мотоциклы и больше средств индивидуальной защиты для волонтеров, чтобы они могли развозить по домам сетки от москитов, и людям не приходилось бы ходить за ними в общественные центры.

В регионах, где ограничено число сложного медоборудования, например, аппаратов искусственной вентиляции легких, или мест в отделениях интенсивной терапии, люди боятся, что помощи на всех не хватит — в приоритете будут те, у кого больше шансов выжить. По этой логике люди с туберкулезом при тяжелом течении COVID-19 буду менее приоритетны, а значит, они могут начать избегать лечения или диагностики разных заболеваний.

Другие инфекционные заболевания могут сделать борьбу с COVID-19 еще сложнее

Пандемия серьезно поразила даже богатые страны, такие как США и Великобритания, — они не смогли подавить вспышку коронавируса, и в итоге она переросла в эпидемию. На пике с трудом хватало индивидуальных средств защиты, отслеживания контактов и охвата тестированием людей. Сейчас ситуация легче, но, пока другие болезни находятся в тени коронавируса, нагрузка на систему здравоохранения может стать еще весомее.

«Любая страна, система здравоохранения которой неспособна обеспечить потребности всех ее граждан, — и я говорю в том числе о США — рискует столкнуться с множеством одновременных вспышек заболеваний, которые затруднят борьбу с любой отдельной болезнью», — комментирует Кристина Талберт-Слагл, директор Программы исследования всемирного здоровья Йельского колледжа.

В Демократической Республике Конго вспышка кори уже убила более 6700 человек (в основном детей) с 2019 года, а из-за Эболы с 2018 года умерли более 2200 человек, и это все без учета смертности от COVID-19. С и так перегруженной системой здравоохранения такие страны рискуют захлебнуться совсем, что приведет к еще большему числу смертей.

Некоторые инфекционные заболевания к тому же осложняют диагностику COVID-19. Так, в Бразилии произошла вспышка лихорадке денге, и врачи упускали из вида случаи COVID-19, принимая его за денге. Кроме того, многие из возвращающихся инфекционных заболеваний могут сделать людей еще более уязвимыми к COVID-19.

Вспышки заболеваний ухудшают существующее неравенство

Пандемия показала проблемы и системное неравенство в здравоохранении по всему миру. Рост инфекционных заболеваний угрожает сделать проблему еще острее. «Именно беднейшие сообщества сильнее всего пострадают от других предотвратимых, излечимых и вообще в целом контролируемых заболеваний, выросших из-за пандемии», — отмечает Стендли.

В станах с высокими доходами только одна из десяти самых распространенных причин смерти связана с инфекционными заболеваниями (это болезни нижних дыхательных путей, например, пневмония) — и эта причина идет шестой в списке, сразу после рака прямой кишки.

В странах с низким доходом половина из топ-10 причин смерти заболеваний — инфекционные. На двух первых местах находятся инфекции нижних дыхательных путей и желудочно-кишечные заболевания. Другие три причины: ВИЧ/СПИД (четвертое место), малярия (шестое) и туберкулез (седьмое), которые, скорее всего, станут опаснее из-за пандемии.

К тому же множество людей, выживших после этих болезней, теряют здоровье. В процессе они часто лишаются заработка, способности заботиться о других, многие надолго лишаются трудоспособности.

Бремя инфекционных заболевания vs ВВП на душу населения, 2017 год. Количество потерь в годах от смертей и инвалидности, вызванных заразными болезнями, обычно куда выше в странах, где уже мало ресурсов. COVID-19, скорее всего, только усугубит этот трагический тренд. Our World In Data

Регресс из-за пандемии не ограничивается только заразными опасными болезнями. Как отметила Талберт-Слагл, если никому не доступны регулярный уход и диагностика, то растут риски заболеть «не только инфекционными заболевания, но и другими, например, диабетом, психическими расстройствами, раком, хроническими дыхательными заболеваниями и сердечно-сосудистыми заболеваниями». Все это может дополнительно повысить нагрузку на персонал и драгоценные ресурсы.

Но есть еще одна, возможно, самая коварная угроза, которая наряду с пандемией поджидает нас в грядущие годы. «Недостаток доверия к медицинским организациями может сохраниться и по окончании вспышки, особенно если люди ощутили, что их потребности проигнорировали или что они были каким-то образом дискриминированы», — подчеркивает Стэндли.

Иными словами, как выразилась Талберт-Слагл: пандемия запустила «вспышку недоверия экспертам». А это угрожает не только борьбе с COVID-19, но также любой сфере публичного здравоохранения — начиная с обращения больных к врачам, заканчивая своевременными прививками детей от кори».

Подписывайтесь на канал  СПИД.ЦЕНТРа  в Яндекс.Дзене
Google Chrome Firefox Opera